Форс-мажор у иностранного контрагента: как доказать его влияние на обязательства белорусских предприятий

№ 2, 2022
Автор:

Там, где заканчивается предпринимательский риск,
начинается форс-мажор

 

Ограничения, вызванные пандемией в иностранных государствах, санкции отдельных государств в отношении Беларуси стали причиной возникновения у многих белорусских предприятий трудностей. В первую очередь они связаны с невозможностью закупки импортного сырья, используемого в собственном производстве конечной продукции, и дальнейшей поставки товаров покупателям, а также с доступом к комплектующим зарубежного производства, оплатой внешнеторговых контрактов, закрытием освоенных рынков сбыта, разрушением выстроенных за многие годы кооперационных и логистических цепочек и многими другими факторами. В этой связи в настоящее время важной задачей для Белорусской торгово-промышленной палаты является оказание предпринимательскому сообществу правовой поддержки в целях минимизации негативных последствий введенных ограничительных мер, одним из направлений которой является свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора).

Одной из главных сложностей, возникающих при рассмотрении заявлений Белорусских субъектов о свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы, является тот факт, что в «юридическом смысле» форс-мажор первично наступает не у белорусского субъекта хозяйствования, а у иностранного. Иными словами, это правительства европейских стран, США вводят ограничения для своих субъектов, запрещая им исполнять обязательства перед белорусскими предприятиями, включенными в санкционные списки, либо ограничивают их деятельность с целью предотвращения распространения пандемии. Санкции не имеют юридической силы для белорусских предприятий в соответствии с национальным законодательством* и не запрещают белорусским предприятиям, например, осуществлять платежи. Напротив, санкции запрещают европейским компаниям, банкам принимать денежные средства от определенных белорусских предприятий.

Понимание указанного во многом влияет на правильный подход при защите своих интересов и выстраивании позиции по доказыванию обстоятельств непреодолимой силы, сбору соответствующих подтверждающих документов.

*В соответствии с решением Конституционного Суда Республики Беларусь от 15 декабря 2021 г. № Р-1286/2021 введение ограничительных мер в отношении Республики Беларусь некоторыми иностранными государствами и их органами признано не соответствующим общепризнанным принципам и нормам международного права.

ПРИМЕР

Типичная ситуация связана с тем, что заявитель, обращаясь с просьбой подтвердить обстоятельство непреодолимой силы, указывает на то, что его иностранный контрагент не исполнил свое обязательство – не поставил запчасть, приостановил обновление лицензии, отказался оказывать услугу и т.п. Подобную ситуацию можно расценивать как нарушение обязательств со стороны контрагента должника и со ссылкой на Постановление Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 21 января 2004 г. № 1 (ред. от 27 июня 2019 г.) «О некоторых вопросах применения норм Гражданского кодекса Республики Беларусь об ответственности за пользование чужими денежными средствами»** отказывать в свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы.

** Согласно абзацу 2 пункта 7 к чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельствам (обстоятельствам непреодолимой силы), вследствие которых лицо не исполнило обязательство либо исполнило его ненадлежащим образом при осуществлении предпринимательской деятельности, не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника.

В связи с чем, по нашему мнению, юридическую защиту необходимо выстраивать в другом направлении – доказывать, что форс-мажором является не сам факт нарушения обязательства со стороны контрагента, а факт наступления форс-мажора на территории другой страны, который повлиял на возможность исполнения обязательств как иностранным контрагентом, так и обязательств в связанных договорных правоотношениях, включая договор, заключенный белорусским субъектом.

При этом следует иметь в виду, что многие торгово-промышленные палаты в других странах не рассматривают заявление о свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы в тех случаях, когда само обстоятельство произошло на территории другого государства. Например, в соответствии с пунктом 2.2 Положения о порядке свидетельствования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора) ТПП РФ свидетельствует обстоятельства, наступившие только на территории Российской Федерации.

Белорусская торгово-промышленная палата с целью поддержки отечественных предприятий и производителей рассматривает подобные заявления, но при условии надлежащего доказательства возникновения форс-мажора на территории другой страны и его непосредственного влияния на обязательства белорусского субъекта.

Подход о возможном влиянии форс-мажоров, возникших у третьих лиц и привлеченных для исполнения ­основной сделки, закреплен в статье 79 Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров (заключена в Вене 11 апреля 1980 г.), в которой предусмотрено, что, если неисполнение стороной своего обязательства вызвано неисполнением третьим лицом, привлеченным ею для исполнения всего или части договора, эта сторона освобождается от ответственности только в том случае, если привлеченное ею лицо также было бы освобождено от ответственности, если бы положения указанного пункта были применены в отношении этого лица.

Типовая оговорка о форс-мажоре, изданная Международной торговой палатой в марте 2020 г., также устанавливает, что, если сторона договора не исполняет одно или несколько своих договорных обязательств вследствие неисполнения обязательств третьим лицом, привлеченным ею для исполнения всего или части договора, эта сторона может ссылаться на форс-мажор только в той мере, в которой требования пункта 1 настоящей оговорки (данный пункт устанавливает основные требования и критерии к определению форс-мажора) преду­смотрены как для стороны договора, так и для третьего лица. Сторона, для которой создалась невозможность исполнения обязательств по договору, должна доказать, что условия форс-мажора также соблюдены и в части неисполнения третьим лицом***.

Считаем изложенные в Конвенции и Типовой оговорке подходы разумными и соответствующими международным практикам, которые связаны с выстраиванием внешнеэкономических связей и цепочек исполнения договорных обязательств, когда в реализации этих обязательств задействованы иногда десятки субъектов. Наличие форс-мажора зачастую парализует всю выстроенную цепочку.

***С текстом оговорки можно ознакомиться здесь: http://www.iccwbo.ru/documents/RU_2020_icc_force_majeure_clause.pdf

ПРИМЕР

Завод-производитель был временно закрыт в связи с введением правительством страны его расположения карантина либо чрезвычайного положения. Завод-производитель с большой вероятностью получит соответствующее подтверждение наличия форс-мажора по всем заключенным до введения ограничений договорам, тем самым будет освобожден от гражданско-правовой ответственности. В то же время в цепочке между заводом-изготовителем (например, резидент Китайской Народной Республики) и белорусским предприятием задействованы еще три субъекта­нерезидента, которые не смогли исполнить свои обязательства. В этой связи анализ влияния форс-мажора, возникшего у завода-изготовителя, должен быть произведен в отношении всех заключенных в этой цепочке договоров.

Юридических нюансов при рассмотрении заявлений о свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы, осложненных иностранным элементом, множество. Остановимся на некоторых из них, наиболее существенных.

Свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы должно происходить с учетом применимого к контракту права. Это связано с тем, что в соответствии с положениями международного частного права (статья 1127, раздел VII Гражданского кодекса Республики Беларусь) применимое право охватывает, в частности, как исполнение договора, так и последствия его неисполнения или ненадлежащего исполнения.

БелТПП рассматривает заявления о наличии обстоятельств непреодолимой силы в соответствии с белорусским законодательством. В то же время нередки обращения по контрактам, к которым применяется право иностранных государств (например, право Англии и Уэльса).

В ситуациях, когда субъект Республики Беларусь не может настоять на применении к договору белорусского права, рекомендуем предлагать иностранным контрагентам в форс-мажорной оговорке указывать на то, что к рассмотрению и подтверждению форс-мажора применяется право той страны, где рассматривается данный вопрос либо где имели место соответствующие обстоятельства.

Надлежащим доказательством форс-мажора, возникшего у иностранного контрагента, по общему правилу будет являться соответствующее заключение компетентного органа государства, резидентом которого является контрагент, либо где имели место соответствующие обстоятельства. Иными словами, надлежащим подтверждением форс-мажора у китайского резидента будет являться документ, выданный соответствующим компетентным органом в КНР (в частности, Китайским комитетом содействия международной торговле).

Такой подход также предусмотрен, например, в третьем абзаце пункта 13 Указа Президента Республики Беларусь от 24 апреля 2020 г. № 143 (ред. от 31 декабря 2020 г.) «О поддержке экономики», в соответствии с которым наличие обстоятельств непреодолимой силы у поставщика (подрядчика, исполнителя) свидетельствует Белорусская торгово-промышленная палата в установленном ею порядке либо уполномоченный орган в соответствии с законодательством страны, резидентом которой является поставщик (подрядчик, исполнитель).

При этом необходимо доказать отсутствие возможности исполнить обязательство другим способом.

ПРИМЕР

Субъект А (Республика Беларусь) обязался поставить субъекту Б (Рес­публика Беларусь) горох. Для поставки данного гороха субъект А заключил внешнеэкономический контракт с субъектом В (Российская Федерация). Однако субъект В не смог поставить горох субъекту А ввиду ограничительных мер, принятых в России с целью предотвращения распространения пандемии, получив соответствующий сертификат о форс-мажоре в Торгово-промышленной палате Российской Федерации. Субъект А не смог подтвердить влияние форс-мажора, возникшего у субъекта В, на договор, заключенный с субъектом Б, поскольку субъект А подтвердил, что имел возможность приобрести пищевой горох у ряда других субъектов, в том числе на территории Республики Беларусь.